В объятиях монстра  - Джорджиана Золомон

*Пять лет спустя*

Рыжий ураган пронесся мимо меня, едва не сбив с ног. Второй рыжий ураган проследовал мимо меня секундой позже.

Опять устроили беготню по дому.

Знаете, что такое растить мальчика и девочку? Брата и сестру, которые вечно пытаются отобрать друг у друга игрушки, не желают ни в чем уступать, конкурируют во всем и едва не дерутся?

Очень весело, по правде говоря.

– Алиса, Кирилл! – строго позвал я обоих. На сегодня с нас с Виолой было уже достаточно.

Мелкие повалили елку в своей бесконечной беготне, запутались в гирляндах, откуда их пришлось выпутывать сплоченными силами. Затем Кирилл неудачно погнался за сестрой на кухне, и они снесли недоделанный торт Виолетты, которой пришлось соскребать с пола. Тоже сплоченными силами.

А это было лишь утро тридцать первого декабря.

Черт.

Я все ждал, когда мелкие бесята угомонятся, но конца и краю этому не было видно.

– Алиса, иди ко мне. Живо. – Мелкая оказалась возле меня в считанные секунды. – Объяснишь? – Махнул рукой в сторону.

Я увидел это случайно, когда проходил мимо спальни дочери, дверь в которую оказалась слегка приоткрытой. Глянул туда и ужаснулся.

– Папочка… – прошептала она, опуская голову. Были бы уши, прижала бы их по бокам, как большой кот.

– Что произошло в твоей комнате? – строго спросил я, обводя взглядом помещение, в котором было разбросано абсолютно все: игрушки, одежда, обувь, книжки, раскраски, карандаши.

И ведь только вчера мы тут наводили порядок, чтобы не позориться перед гостями – родителями Виолы, ботаном и его семьей. Как-никак, канун Нового Года, хотелось предстать в лучшем свете, но не тут-то было.

Торт угроблен, елка уничтожена, а в комнатах творится беспредел. Самый настоящий бардак.

– Папочка… – снова повторила она, кажется, собираясь заплакать.

Черт. Она знала, как манипулировать мной. Стоило Алисе только состроить расстроенную мордашку, как я таял.

И позволял мелкой бестии буквально все. И нет, Кириллу позволял не меньше, но Алиса была настоящим маленьким манипулятором!

– Кто будет это убирать? – из последних сил протянул я, а дочь подняла на меня взгляд. Полный непролитых слез.

Ну вот. К черту комнату. Поднял принцессу на руки и вздохнул. Не выиграл у нее ни одного раунда. Как можно было на нее злиться?

Она тут же оплела ручками мою шею и уложила голову на плечо.

– Я все уберу, правда… – клятвенно пообещала она.

– Когда, солнышко? Бабушка с дедушкой вот-вот приедут. И Сара… хочешь, чтобы она подумала, что ты грязнуля?

– Нет! – Мелкая усиленно закачала головой из стороны в сторону, забавно встряхивая рыжими кудрями.

Маленькая копия моей любимой женщины. Я ничего не мог с собой поделать. Спали она дом, я бы даже голоса не повысил. Все спускал с рук и грозился воспитать ее избалованной принцессой.

Ну и пусть.

– Ладно… тогда давай тут быстро прибираться.

– Хорошо.

– Пока мама нас не увидела…

Виолетта нас, конечно же, поймала.

– Она тебе на шею села и ноги свесила, – улыбнулась Конфетка, наблюдая за тем, как я раскладываю книжки по полкам из дверного проема. Стояла, скрестив руки и бросала на меня насмешливые взгляды.

Алиса замерла посередине, боясь гнева мамы. В нашей семьей роль строго родителя досталась ей, потому что я рыжим разрешал и прощал практически все.

Не мог отказать им ни в чем. Таким долгожданным и любимым сыну и дочери.

– Нет…

– Нет… – повторила за мной маленькая лиса Алиса.

– Ну как скажешь, – улыбнулась Виола. – Я буду ждать вас внизу. Приберитесь тут, нарядите елку, а мы с Кириллом будем готовить.